Ваш город
Информационный центр Москва +7 (495) 589-1000 Регионы +7 (800) 700-4404

Интервью Владимира Потапова для РБК-ТВ

28 апреля 2021

- Приветствую. Как всегда рад видеть. 2020 год у нас был, да и начало 2021, тоже богат на события - пандемия коронавируса, глобальный локдаун, колоссальный объем ликвидности, которые вывели на рынки массовый приход розничного инвестора. Это не только про Россию. Это на ряде рынков наблюдается. Вот как вся эта история трансформировала в целом финансовые рынки, глобальную экономику? Как бы вы описали то, что происходит сейчас в целом в экономике и на рынках? 

- Действительно 2020 год был горячим во всех отношениях. Мы видели и падение рынков, и восстановление рынков. Единственное, что мы не видели пока, это восстановление экономик. Поэтому 2021 год, наверное, экономики должны оправдать те ожидания, которые заложили клиенты, которые начали инвестировать. Действительно те возможности, которые были созданы на рынке, когда у нас рынок обвалился в марте, на самом деле в марте были рекордные привлечения. То есть по нашей компании порядка 150 млрд. новых денег клиентов пришло в рынок. Поэтому после восстановления рынков мы ждем, как вакцины, как открытие экономической активности, приведет к каким реальным цифрам. Ну и соответственно те политики, которые Центральные банки приняли с точки зрения стимулирования, как это может сказаться на инфляции, как это может сказаться на ставках. То есть 2021 год это некоторое такое отражение тех событий, которые произошли в 2020. Поэтому посмотрим. Я думаю, что происходит системное изменение уже. Оно происходит с точки зрения рынков. Мы видим, как происходит переток клиентских денег и инвестиций от технологических компаний, которые были абсолютным лидером вообще по интересу и по притоку клиентских активов в 2020 году. Мы видим, с каким интересом сейчас клиенты смотрят на цикличные компании. Они смотрят с большим интересом на компании, ориентированные на внутренний спрос. Вообще видим системные изменения. Ну и отдельно хочется сказать про регулирование, про дальнейшее изменение в регулировании. Мы видим довольно серьезные изменения всего ландшафта, который был до этого. Ну и очень популярная сейчас тема - это (нрзб.), или ответственное инвестирование. Оно приходит в Россию. Как всегда у нас приходит очень быстро. И как это повлияет, как это повлияет как на компанию, как на инвесторов, как на самих посредников, как мы, это тоже большая история. 

- Обязательно поговорим. В том же самом 2020 году крайне оптимистично себя розничные инвесторы многие вели. Экономика сыплется, глобальный локдаун. При этом индексы обновляют новые максимумы. Ряд компаний поставили новые рекорды. Этот оптимизм в принципе продолжается сейчас. Насколько он в целом оправдан? Насколько по-прежнему связана реальная экономика и фондовые рынки? 

- Если посмотреть на базовую экономическую теорию, фондовые рынки всегда являются опережающим индикатором поведения экономики. Поэтому если посмотреть на те прогнозы, которые сейчас закладываются по экономике, например, по крупнейшей экономике мира, по Америке, закладывается рост порядка 6%, тот рост индексов, который мы видели, он в целом оправдан с точки зрения тех ожиданий, которые мы видим. Ну и в целом адаптацию и применение вакцин, которые мы видим, мы видим, что мы идем, в общем-то, в такой действительно иммунитет, если можно говорить, оно, наверное, тоже поддерживает веру инвесторов в индексы и в их вложения. Поэтому в целом я бы говорил, что пока все идет по базовому сценарию. Безусловно, какие-то страны, регионы - это не происходит единомоментно, одинаково или одновременно. Поэтому, конечно, есть какие-то страны, которые идут в фарватере применения и вакцин, и открытия, и восстановления экономики. Какие-то страны чуть медленнее. Но в целом, как ожидалось, 2021 год - это год восстановления экономики и год реализации того, что было заложено фондовыми рынками в 2020 году. 

- Много разговоров о долговом кризисе, который благодаря всем этим колоссальным объемам ликвидности, другим факторам якобы может разразиться уже в 2022 году. Насколько это вероятно или это все-таки такое из области теории заговора? 

- Вы знаете, я бы смотрел на долговой кризис, есть такая тоже классическая теория, что, когда у компании возникает проблема с тем, чтобы обслуживать свой долг или расплачиваться по долгам, для этого нужно чтобы была высокая инфляция, высокие процентные ставки и падающая экономика. Мы видим все-таки ситуацию восстанавливающейся экономики, восстанавливающегося глобального спроса. И в этой ситуации все-таки, как мне кажется, если посмотреть на то, что мы видели с точки зрения абсолютного уровня долга, он находится, если мы говорим про корпоративных заемщиков, на довольно комфортном уровне. По российским, например, заемщикам вообще видели очень серьезное снижение долговой нагрузки за последние несколько лет. В целом происходил (нрзб.) российских компаний и корпораций. В этом ситуации я думаю, что риски как раз такого серьезного корпоративного долгового кризиса пока остаются лишь одними из рисков. 

- Если говорить о розничном инвесторе, мы не первый год эту тему обсуждаем. Где-то года три назад вы говорили, в том числе, что вот-вот случится этот бум прихода розничных инвесторов на российский в том числе рынок. Вот он все-таки случился. Все-таки как долго еще продлится ажиотаж? Мы ждем еще каких-то рекордных приходов на этот рынок новых игроков или все, пик пройден, теперь плато, очистка и т.д.? 

- Я думаю, что пик еще не пройден. Конечно, март прошлого года был одним из рекордных. И мы потом видели некоторое снижение с точки зрения нового количества клиентов. Но все равно обороты были очень большие. Мы дошли до цифры 10 миллионов открытых брокерских счетов. Но здесь нужно понимать, с какой базы мы стартовали. Мы стартовали исключительно с низкого эффекта базы. И сейчас количество брокерских счетов 10 миллионов, я бы говорил о двух важных факторах. Первый - это увеличение количества не пустых брокерских счетов. Потому что все равно доля в количестве открытых счетов и количестве фондированных счетов остается довольно большой. Больше половины счетов в целом по рынку остаются не фондированными. Более половины. И здесь, конечно же, будет большая работа, после того как с клиентом началась уже работа, перевести его из состояния, пока он просто получает информацию, либо проверят курсы, либо читает аналитику, либо ему просто интересен контент на будущее, в статус активного инвестора. И здесь будет, безусловно, большая работа, как и работа по квалификации, например, значительного числа инвесторов. Потому что как мы знаем, сейчас происходит изменение регулирования. И часть инструментов будет доступна в первую очередь квалифицированным инвесторам. А с другой стороны, я думаю, что будет происходить дальнейший приход новых инвесторов и проникновение инвестиционного продукта в портфель сбережений клиентов. И здесь говорить о точке такой, наверное, (нрзб.) или точки какого-то плато, можно говорить на цифре 20-25 миллионов. 

- Сейчас, если говорить о сбережениях россиян, на инвестиционные продукты приходится порядка 18-19-20, есть разные оценки, процентов. Вот эта цифра в горизонте 2-5 лет как должна меняться, на ваш взгляд? 

- При сохранении текущей регулятивной истории, при отсутствии каких-то серьезнейших дальнейших изменений, я думаю, что цифра… цифру можно посмотреть на аналоге по миру. Если мы говорим про американский рынок - это цифра 80%. Но, наверное, туда дойти, особенно в ситуации позитивных реальных процентных ставок будет сложно. Мы говорим про Европу и цифру порядка 50%. Сейчас, как вы правильно отметили, цифра составляет порядка 20%. Мое мнение, что в ближайшие три года цифра может достигнуть 40%, что эквивалентно дополнительно порядка 5-7 трлн. новых денег на фондовый рынок. 

- Серьезный рост. А вот эти новые игроки, которые приходят на рынок, вы же оперируете огромным массивом информации, вот их поведение насколько отличается от тех игроков, от тех розничных инвесторов, которые уже работали, собственно, с инвестиционными инструментами? Они хотят чего-то нового или в принципе это примерно те же самые люди? Насколько высок их аппетит к риску? Традиционно у молодежи он чуть более высокий. Сейчас пришло много, насколько я понимаю, молодежи. Они другие эти инвесторы или нет, в принципе все тоже самое, что в предыдущие годы видели? 

- Вы знаете, я думаю, что у новых инвесторов, как у таких инвесторов, которые развиваются, есть запрос на комплексный подход. То есть инвестор начинает понимать, что покупка какого-то конкретного даже пусть и хорошего одного инструмента, не является инвестициями с точки зрения портфельного подхода. Вот это изменение сознания, понимание всех выгод от диверсификации является тем, то, что меняет текущую модель поведения инвестора от такой традиционной классической, только пришедшего инвестора, которые были раньше, которых можно было, скорее, назвать не инвесторами, а спекулянтами, когда они слышали о какой-то идее, им хотелось быстро заработать и урвать какой-то дополнительный доход. Мы видим, что происходит действительно трансформация в инвестора. То есть комплексный подход, желание смотреть не на конкретный инструмент, а на весь свой портфель, желание смотреть на риски всего портфеля, а не только конкретного инструмента. Поэтому здесь мы видим системный сдвиг, и здесь большая работа ведется с точки зрения образования, большая работа ведется с точки зрения модификации, понятия инвестиционное консультирование. Вообще вся модель инвестиционного консультирования очень сильно меняется. И это, наверное, одна из тех точек значительной работы посредников и профучастников, которую нам нужно провести, для того чтобы мы не вернулись к негативному ответу на ваш вопрос. И доля инвестиций, сбережений не начала снижаться с 20 и ниже, а росла с 20 до 40. И мы это понимаем, вот это комплексное построение действительно инвестора. Инвестора, который понимает, что у него есть портфель. Этот портфель должен быть диверсифицирован, он должен быть сбалансирован, как по валютам, как по рискам, возможно, какое-то количество альтернативных инвестиций, ему тоже становится интересно, не только самые какие-то ликвидные бумаги Он смотрит на различные (нрзб.) с точки зрения инвестирования в недвижимость. Он смотрит на различные фонды при IPO, на какие-то частные сделки, на новое размещение. Вот это системный сдвиг, который происходит в сознании. Люди начинают действительно сберегать через инвестиции. 

- Будем надеяться, что клиенты выучат слова "портфель", "риск", "диверсификация" и т.д., и поймут, что это такое на самом деле. Хотел бы вот о чем поговорить - собственно, о регулировании. Существует законопроект, который сейчас находится в Госдуме относительно защиты прав инвесторов. Есть инициативы по квалификации для юридических лиц. Как вы оцениваете то, что сейчас государство делает для защиты инвесторов? Просто некоторое время назад много копий ломалось, участники рынка говорили, что перекрутили в регулятивном плане. Вот нынешние документы, которые рассматриваются, они компромиссны, нуждаются в какой-то доработке? 

- Я думаю, что здесь нужно разделять ситуацию по физическим лицам и юридическим лицам. Если мы говорим про физические лица, то действительно важно говорить, важно, чтобы регулятор объяснял, важно, чтобы посредники, важно, чтобы инвестиционные платформы объясняли. Важно, чтобы клиент задумался, что он делает. И те изменения, тот закон, который сейчас принимается, он, конечно, отвечает этой задаче. То есть он заставляет, даже если человек не хочет, подумать о том, что же он покупает. И это безусловное благо в данной ситуации, когда мы говорим о том, что мы хотим оправдать те надежды и ту ответственность, которую на нас возлагают те миллионы инвесторов которые пришли на рынок. Другое дело, что мы должны понимать, что нельзя ограничивать супермаркет. Потому что если клиент приходит и понимает, что в этом супермаркете не будет, например, калорийных продуктов, то он наоборот только захочет еще больше калорийных продуктов. Нужно объяснять клиенту, что нужно иметь сбалансированное питание, нужно потреблять умеренное количество, как калорийных продуктов, так и некалорийных продуктов. И тогда можно получить тот необходимый эффект позитивный на здоровье. Но если мы скажем клиенту - не ешь вот это, то он будет хотеть съесть его где-то еще. Так самое ужасное, что он купит его все равно где-то, купит, я не знаю, у каких-то перекупщиков, втридорога и там точно обманут. Поэтому наша задача здесь вместе с регулятором - это нести ту ответственность, которую мы взяли за наших клиентов, а подход к клиенту должен быть помимо клиентоцентричности - это, безусловно, портфельный долгосрочный подход. Вот построение, с чего я начал, это построение инвестора, а не спекулянта. И если мы вместе с регулятором, как мне кажется, друг друга слышим, мы слышим то, что инвестор выполняет важную роль, это долгосрочные деньги, это важный элемент как роста благосостояния населения. Здесь тоже важно, что если у клиента сбалансированный долгосрочный портфель, то его благосостояние растет, он может больше сберегать в будущем, больше потреблять. В моменте мы говорим, что его сбережение это как то необходимое масло в экономике и те необходимые долгосрочные деньги, то есть здесь, конечно, мы друг друга слышим. С точки зрения юридических лиц, мне кажется, назрел вопрос о пересмотре тех критериев квалификации. Мы видим большое количество спроса иностранных компаний, юридических лиц на услуги российских платформ. И, конечно, здесь под одну гребенку сравнивать все компании, включая международные компании, которые хотят работать через российские платформы, мы лишь сужаем и ограничиваем их возможности. Потому что действительно те критерии квалификации для юридических лиц, которые сейчас есть, мне кажется, они несколько устарели. Мне очень нравятся те инициативы, которые сейчас вместе с регулятором обсуждаются. Это механизм такого самоопределения, когда компания, если она считает, и может на более высоком уровне, на уровне, предположим, совета директоров, что она квалифицированный инвестор, то она является квалифицированным инвестором. Вот это механизм самоопределения на более высоком уровне для юридических лиц мне кажется исключительно правильным. И тогда можно пересмотреть критерии, потому что критерии оборота несколько миллиардов, конечно, удивляют многих иностранных инвесторов, которые просто привыкли другим образом структурировать свой капитал. Например, те же трасты не обладают такими определениями, которые сейчас заложены для квалифицированных инвесторов. 

- Регулятор слышит эти доводы? 

- Я думаю, слышит. Сейчас происходит довольно активное обсуждение на площадке РСПП. Я надеюсь, что это выльется в изменения. 

- Хорошо. Мы некоторое время назад тоже говорили о технической революции, которая происходит на рынке розничных инвестиций, инвестирования в целом. Вот эта революция, она все, она завершена? Потому что в принципе все, что существует на рынке очень удобно, мобильно, просто. Это, на мой взгляд, доступно, в том числе неквалифицированному инвестору. Или будут тут еще какие-то изменения? Ждете, может быть, прихода нефинансовых игроков на этот рынок? Мы долго говорили о том, что туда могут прийти технологические компании, не финансовые. Ждете их, нет? 

- Вы знаете, мне кажется, еще много что можно сделать. Спасибо, что вам кажется, что многое сделано. Действительно сделано многое. Человек, который ежедневно живет и видит те бэклоги, изменения, которые нужно сделать, мне только хочется за голову хвататься и представить, как можно увеличить количество рук и ресурса, чтобы это все сделать, чтобы действительно дать еще более качественные продукты, клиентский опыт клиенту. Но из важного, что в ближайшее время будет, это сейчас как раз проходит через законодательные изменения, и то, что клиенты, безусловно, увидят, это оценят, это упрощенное получение налогового вычета за счет возможности клиенту через компанию, через которую она работает на фондовом рынке, напрямую обмениваться информацией с налоговой для получения налогового вычета. Я надеюсь, что это будет принято в ближайшую сессию и уже в этом году за 2020 год наши клиенты смогут получить налоговый вычет, не заполняя то большое количество документов, не собирая вручную целый набор тех необходимых документов, сделать это в один клик, в "ВТБ онлайне" или в "ВТБ Мои Инвестиции". Это то улучшение, которое, надеюсь, мы уже порадуем буквально в апреле наших клиентов. Большое изменение и большие задачи стоят с точки зрения персонализации. То есть мы должны еще больше углубляться с точки зрения понимания, что же нужно нашему клиенту. И мы прекрасно понимаем, что, если какая-то стратегия подходит одному клиенту, другому она абсолютно не подходит. И здесь много говорят про биг дата. Реальное использование биг даты для управления сбережениями - это тот шаг, который нужно сделать. Огромная работа предстоит с точки зрения дальнейшего развития и применение искусственного интеллекта. Мы первые запустили стратегию полностью основанную на искусственном интеллекте, сделали это абсолютно бесплатным и доступным в приложении. 

- Это тоже сложно получить достаточно. 

- Это получить сложно, но можно. И задача здесь, чтобы были стратегии на искусственном интеллекте не только на российские акции, как это сейчас есть, но и на 90% тех портфелей, которые у клиентов есть запросы. Есть задача построения искусственного интеллекта для так называемой (нрзб.) локейшен или для принятия решения о локации по валютам, по классам активов. Это огромная работа, намного даже более сложная, чем сделать один из кубиков. Есть огромная работа трансформации всей услуги инвестиционного консультирования. Потому что я абсолютно уверен, что невозможно построить армию качественных инвестиционных консультантов, которые бы работали по понятному инвестиционному процессу. Соответственно для того чтобы оказывать качественно услугу инвестиционного консультирования для, назовем это, (нрзб.) массмаркет, для клиентов, я бы оценил, с активами до 5 млн. рублей, очень много, что нужно автоматизировать, очень много, что нужно сделать. Это могут быть разные модели, начиная от такого термина, который мы придумали - (нрзб.) до использования того же искусственного интеллекта.

- Если все-таки говорить о тех же самых физиках, вот на брокерском рынке вообще есть место для небольших игроков? Потому что то, что вы сейчас перечислили, это огромная работа, это огромные инвестиции, это огромное количество квалифицированных кадров. Кому это вообще доступно? Будет как-то консолидация этого рынка в дальнейшем происходить? Для небольших есть место? 

- Вы знаете, я думаю, что здесь нужно чуть-чуть разделить вопрос платформы и построения платформы, как места, где в удобном формате, есть доступ, есть прозрачная информация о сделках, вся информация, например, о компаниях. Вот тоже интересно, вот сейчас, мне говорят, что есть целые проекты, когда обучают инвестиционных консультантов, чтобы они, по сути, рассказывали клиентам о финансовых показателях какой-то конкретной компании. Вот то, что мы сделали буквально на прошлой неделе в нашем обновлении, мы дали доступ ко всей финансовой аналитике по любой компании всем инвесторам. Ему не нужно, чтоб ему кто-то зачитывал эту информацию. Он может зайти в систему и посмотреть любую информацию, в любом разрезе - дивиденды, прибыль, выручка, по любой компании. Поэтому здесь нужно понимать, что является продуктом. Если мы говорим про продукт - это качественный инвестиционный совет, то здесь, безусловно, будут свои ниши, будут свои игроки, будут свои инфлуэнсоры, будут свои блогеры, будут свои люди, за которыми будут идти свои клиенты и масса. И здесь, безусловно, будет очень серьезная конкуренция. Конкуренция будет как среди профучастников и крупных профучастников с их инвестиционными консультантами, так и с независимыми инвестиционными консультантами. Тоже самое с точки зрения алгоритмов - будут алгоритмы, которые пишем мы, будет конкуренция, которую пишут независимые ребята, физтеховцы, мфисты и просто математики, которые могут быть не менее эффективны на каком-то массиве или на каком-то участке информации даже более эффективны в силу того, что там меньше денег. Данная стратегия эффективна только на меньшее количество денег. Поэтому здесь конкуренция будет очень большая. Она будет (нрзб.), то есть инфлуэнсоры отдельно, математики отдельно, бывшие успешные банкиры, инвестиционные консультанты отдельно, крупные игроки, профучастники отдельно. С точки зрения таких вот платформ инвестиционных в классическом понимании брокера, мне кажется, здесь действительно будет происходить платформенная конкуренция. И сказать, что будет существовать место для большого количества платформ, тем более если платформы будут двигаться в сторону открытости. Например, мы будем двигаться в сторону открытости, мы уже туда двигаемся, то есть наш проект как с "Яндексом", когда мы вместе -запустили "Яндекс Инвестиции", как и с РБК, проект РБК (нрзб.), так и проект с "Почта банком", мы также рассматриваем с некоторыми другими нашими партнерами, вообще смотрим на открытые API для своего инвестиционного бизнеса. С этим продуктом будет очень тяжело конкурировать. Особенно в довольно серьезном регуляторном бизнесе, API бизнес все-таки серьезный регуляторный, построить что-то такое с нуля и конкурировать технологически с этим бизнесом будет очень сложно. 

- В завершение вопрос, который многих инвесторов, и профессиональных в том числе, разумеется, волнует - это вопрос о влиянии геополитических факторов на бизнес тех или иных компаний, на отношение тех или иных транснациональных корпораций с государством. Потому что только-только отгремели у нас торговые войны, хотя понятно, ничего там еще не отгремело, как там тоже произошел ряд событий, которые тоже повлияли на котировки ряда компаний. Китайская народная республика кошмарит "Теслу", Роскомнадзор замедляет "Твиттер" и т.д., вот этот фактор, насколько он серьезное сейчас влияние оказывает на финансовые рынки или можно пренебречь в целом? Потому что в целом общая макроэкономическая ситуация, как мы уже поговорили, позитивна. 

- Мы управляем деньгами не только российских инвесторов. Мы управляем деньгами крупнейших суверенных фондов. И вот эту дискуссию с крупнейшими суверенными фондами, какая лучшая модель инвестирования, в какие компании, назовем их, локальных чемпионов, локальных лидеров, которые прекрасно понимают тот рынок, на котором они работают и те проблемы, с которыми та или иная компания может столкнуться, или в общенациональные компании, это тот вопрос, который крупнейшие инвесторы в мире задают для себя уже много лет. И то, что мы видим, их ответ на это - то, что те процессы, которые сейчас происходят, они в какой-то степени похожи на процессы, скорее, деглобализации. Соответственно появляются ниши, возможности и ответ на ваш вопрос, что действительно для транснациональных компаний сейчас довольно большое количество вызовов на локальных рынках. И выход отсюда - либо диверсификация с точки зрения различных транснациональных компаний, потому что даже в каждом секторе все равно есть несколько компаний лидеров, либо мы говорим о наборе компаний чемпионов на локальном рынке, как тоже некоторый ответ. Крупнейшие институциональные инвесторы, с которыми мы работали, сделали для себя выбор, что они будут смотреть на локальных чемпионов. 

- Хороший рецепт. Спасибо.


Все новости